|
Для удаления с кровли радиоактивных осколков, пыли и прочего зараженного мусора применение только одних роботов не могло принести полного эффекта. При создавшейся ситуации без человеческого вмешательства выполнить задуманное не представлялось возможным. Но эта работа была сопряжена со значительным риском для людей.
— Мы, — рассказывает помощник Самойленко Н. Д. Тараканов, — опять обратились к товарищам, которые вошли в созданные группы по дезактивации кровли, с просьбой, чтобы они сами решили, кто из них добровольно согласится идти на такое задание. И опять желающих оказалось в пять раз больше, чем требовалось.
— Вы, пожалуйста, запишите, — обратился к нам Самойленко, — что самое главное в подготовке и проведении подобных операций — организационный фактор. Требуется очень жесткий контроль над скрупулезным исполнением всех разработанных нами деталей операции. В первую очередь, мы тщательнейшим образом позаботились о безопасности тех, кто выходил на кровлю. Во-вторых, накануне решительного наступления на источники радиации были проведены эксперименты, позволившие определить, как именно безопаснее всего можно было бы добраться в минимальный срок к наиболее опасным осколкам. Предварительно даже был отхронометрирован и выверен каждый шаг, который предстояло сделать человеку, работающему в секторе. Причем пребывание в самой опасной зоне длилось считанные секунды. За действиями работавших на кровле велось постоянное наблюдение по телевизионной системе. Главная задача заключалась в очистке кровли от крупных обломков. На открытых участках очисткой занимались тракторы-роботы. При необходимости их переставляли кранами и даже вертолетами.
— Вы знаете, — вступил в разговор второй помощник Самойленко В. В. Голубев, — эту операцию координирует, можно сказать, целый научный центр. В единый кулак сведены усилия разных специалистов — знатоков своего дела.
В это время в комнату вошел один из сотрудников группы и, вынув два флажка, прикрепил их в верхнем правом углу плана. Еще два участка зараженной зоны освобождены от источников радиации.
В тот день на дороге в Чернобль наш водитель Борис Харитонович Субботин, как обычно, остановил машину у первого контрольно-пропускного пункта для ставшей уже привычной проверки на радиацию. Молоденький дозиметрист, дав «добро» на проезд, спросил как бы невзначай:
— Как там у Самойленко?
— Работают по графику! — ответили мы.
А первым был «фантом»... Впрочем, почему «фантом»? Запомните его имя — подполковник медицинской службы Александр Алексеевич Салеев. Он живет и работает в Ленинграде.
Юрию Николаевичу Самойленко, который трудится сейчас на Чернобльской АЭС, Указом Президиума Верховного Совета СССР присвоено звание Героя Социалистического Труда.
|
