|
Сначала был «фантом».
До его «сотворения» в группе Самойленко перебрали десятки вариантов. Обсуждали, прикидывали, спорили до хрипоты. Это понятно: все прекрасно отдавали себе отчет в том, что только полная надежность эксперимента может дать желаемый результат — обеспечение максимальной безопасности людей и выполнение поставленной перед группой задачи. Задачи, от которой зависело многое: и завершение строительства саркофага для реактора, и сроки пуска первого энергоблока, и настроение всего коллектива станции.
К этому времени почти всю территорию станции практически очистили от радиации. Почти, потому что оставался самый загрязненный и самый сложный участок — кровля. Она была завалена кусками бетона, покрыта обломками конструкций и слоем опасной пыли. Прежде чем начинать здесь работы, было крайне необходимо выяснить уровень радиации на каждом ее участке, по которому пойдут люди. Машины для этой цели не годились. Нужен был человек.
Первая трудность возникла при выборе кандидата. Идти хотели многие. Нужен был один, первопроходец. Его готовили и снаряжали все. В первую очередь медики и физики. Обговорили каждую деталь. Наконец приготовления завершены. Остались считанные минуты до начала эксперимента. Первопроходец к старту готов. Выносливый, физически сильный человек, он стоял рядом с товарищами, закованный в тяжеленную броню, обвешанный всевозможными хитроумными датчиками.
— Смотрите, смотрите, — воскликнул кто-то, — это же настоящий... — и запнулся, подбирая подходящее сравнение, настоящий фантом!
«Фантом» сделал первый шаг, второй. И пошел. Навстречу разгадке неизведанного. Навстречу не видимой, но известной опасности. Потому что это было необходимо для дела, для общего дела.
Он прошел весь намеченный путь. Чуткие приборы фиксировали каждый его шаг, каждое движение. И вырисовывалась четкая картина, становилось ясно, как должны поступать те, кто пойдет по его стопам.
Он прошел весь путь и вернулся к друзьям. Теперь можно было приступить к очистке кровли. Задание очень и очень непростое. «Самый трудный участок сейчас — у Самойленко». Эту фразу мы слышали неоднократно в последние дни перед тем, как над саркофагом начал возводиться купол из стали и бетона.
Штаб группы, которой руководил заместитель главного инженера Чернобльской АЭС Юрий Николаевич Самойленко, находился в маленькой комнате на третьем этаже административного здания станции. Мы пришли, когда здесь только что закончилась очередная оперативная «летучка»: в десятиметровой комнатушке было человек восемь, на столе лежали графики и чертежи.
|
